После разгрузки на рынке долго мыл руки, но пальцы всё равно будто помнили края коробок, особенно когда взял тонкий стакан дома. Боли не было, просто сжимать что-то ещё совсем не хотелось. Мама попросила отнести готовый заказ соседке, пакет лёгкий, а я сначала взял его под мышку, лишь бы оставить кисти свободными. На улице прошёлся без спешки и заметил, что плечи опускаются сами, когда не надо удерживать груз. Потом за ужином уже спокойно ломал хлеб и не думал о руках. Только брат предложил сыграть в настольный футбол завтра, и я сразу представил эти ручки, которые опять придётся крепко держать.

Друг из школы позвал меня встретиться со своими новыми знакомыми, и я заранее решил, что будет обычный разговор про учёбу, где мне нечего добавить. Но они начали спорить, в каком районе лучше жить, и я знал почти все места по доставкам. Рассказал про дворы и длинный обход возле одного дома, все засмеялись, друг сказал, что со мной карта не нужна. Мне стало легко. А потом один спросил, давно ли я приехал, и я опять начал отвечать слишком правильно, будто сдавал устный экзамен. Он ничего плохого не сказал. Я это понимаю, но прежняя лёгкость уже не вернулась сразу.

У нас с двоюродным братом общая комната, и я всё придумываю, где можно спокойно заниматься вечером, чтобы не просить всех замолчать. На кухне мама заканчивает заказы и разговаривает, в комнате брат смотрит видео. В библиотеку ехать не хочется после смены, хотя там наверняка было бы удобнее. Думаю предложить брату один час без звука, а потом освободить стол ему. Я почему-то уже представляю спор, которого ещё не было, и подбираю доводы про поступление. Возможно, он просто наденет наушники. Надо спросить до того, как я мысленно поссорюсь с ним ещё раза три.